Театральная студия –это, конечно, объединение близких по духу людей, творчество, раскрепощение, прокачка харизмы, работа с голосом, телом и пр.

Но я хочу поделиться своим наблюдением, как занятия актерским мастерством отражаются на обычной жизни, мягко прорабатывают психологические травмы, выводят из кризиса.

Есть специализированные социальные театральные студии, актерская и танцевальная терапия, которые помогают взрослым людям в сложных ситуациях или даже в борьбе с зависимостями. Мы же самая обычная театральная студия, занимающаяся обучением, тренингами и постановкой спектаклей с актерами-любителями.

Мы не копаемся в душах, не задаём наводящих вопросов и никого не просим выворачивать себя наизнанку. И всё же, в процессе репетиций, когда мы разбираем роли, происходит что-то удивительное. Мы обсуждаем персонажа, его чувства, его поступки. И почти всегда кто-то невольно подхватывает: «А у меня в жизни было так же», «А я тоже через это проходила». Через героя — через свой личный опыт — мы вдруг начинаем видеть себя со стороны. Это не анализ, не кабинет психолога. Это просто разговор. Но именно в этом разговоре приходит освобождение.

История 1. Голос, который вернулся через 20 лет. Наш первый спектакль был в жанре документального спектакля. Был объявлен набор во взрослую группу, не было понимания, сколько человек придет, поэтому я просто записывала историю, вновь прибывшего участника студии или вручала ему сыграть что-то из моих историй. Так за разговорами мы рождали свой первый спектакль. Одна из наших участниц рассказала историю, как в юности пела в ансамбле. Однажды она вернулась с гастролей и застала мужа с лучшей подругой. Прошло больше 20 лет. Она давно счастлива в другом браке, её любят и даже боготворят. Но до сих пор, когда она вспоминала этот момент, боль воскресала. Я взяла эту историю, как финальную в наш спектакль. Я сделала ее очень смешной, придумав комедийный случай на гастролях с танцами горячих кавказский парней, с романтическими признаниями. Горький эпизод предательства ограничился одной фразой: «С тех пор я больше не пою», а дальше жизнеутверждающий финал. Каждый раз, когда актриса рассказывала эту исповедь на репетиции, в финале она плакала.. Мы отрепетировали, выпустили спектакль, и она отыграла свою историю достойно. А через какое-то время эта актриса ушла из театра. Но не потому, что разочаровалась. Она пошла на курсы вокала. Спустя много лет она снова начала петь. Мы не просили её «прорабатывать» прошлое. Просто однажды, прожив эту историю на сцене, она разрешила себе вернуться к своему голосу.

История 2. Творческий кризис художницы и прорыв.

Одна из наших актрис — художница, очень талантливая. Но она перестала выставляться, несколько лет не показывала свои работы. Дом, заботы или просто творческий застой. Она вообще привела своего сына в театралку, а мы, взрслым коллективом заманили ее к себе.

И вот мы взяли пьесу, где её героиня — человек взбалмошный, живущий искусством. Играя эту роль, проживая на сцене страсть к творчеству, она будто заново вспомнила, каково это — гореть. Внутри что-то щёлкнуло, застой прошёл, случился прорыв. Она снова начала выставляться. Выплеснувшись через слово, действие на сцене, она врнулась к мольберту. А из театралки, увы, ушла, не стало времени. Но я за нее очень рада. Как-нибудь расскжу о ее выставках.

История 3. Старое пальто, о котором забыли. На одной из репетиций было простое игровое задание: представить себя каким-нибудь предметом одежды и рассказать её «жизнь» от первого лица. И вот одна девушка села и сказала: «Я чувствую себя старым пальто, которое висит в шкафу. Про меня все забыли». И заплакала. Оказалось, что её близкие подруги — те, с кем она дружила много лет, по-настоящему с взаимовыручкой и поддержкой, а не просто «кофе вместе попить», вдруг отстранились. Без ссор, без объяснений. Она оказалась в пустоте. Она не готовила исповедь, просто через случайный образ выплеснула то, что носила в себе. А мы просто были рядом и слушали. У этой актрисы тоже все было вроде бы хорошо в жизни: любящий муж, ребенок, хорошая работа, она не была маленькой девочкой, зависящей от подружек, но было непонимание ситуации. Прошло полгода. Мы разговаривали с ней о том случае, и она сказала: «А ты знаешь, мы уже с теми подругами помирилась. Мы нормально общаемся. Но сейчас я поняла одну вещь - мне без них, с самой собой, с семьей – тоже хорошо. Сыграла ли тут роль театральная студия? Не знаю, наверное, косвенно – да! Женщина выплеснула проблему, увлеклась новым делом, сделал свою жизнь разнообразнее, стала значимее для себя. Она, кстати, в отличии от героинь первых двух историй не ушла с театралки: прекрасно совмещает семью, работу, дружбу.

Почему так происходит?

Театральный коллектив , люительский, по крайней мере, по крайней мере – наш— это сообщество близких людей. Как с друзьями, с которыми тебе не стыдно поделиться самым сокровенным, так и здесь, на репетициях, хочется быть честным.

Но всё это — не ради исповеди. Всё подчинено одному: сделать спектакль живым и настоящим. Чтобы он звучал подлинно, с живыми эмоциями. Чтобы зритель поверил. Даже споры о том, «бывает так в жизни или не бывает», — это попытка понять правду характера, правду чувства.

А в процессе этой работы — искренней, глубокой, творческой — старые травмы перестают держать. Зажимы уходят. Люди начинают слышать себя.

Мы не лечим. Мы не анализируем. Мы просто создаём пространство, где можно быть собой. И это пространство исцеляет само.